A A A

Ближе к правде об Орбане

Иолянта Лащик (Jolanta Łaszczyk)

СССК 22/01/2012

 

[перевод – Magdalena Sarnacka]

 

Ян Поспешальски, польский тележурналист, опять ведет себя непокорно. Еще недавно его увольняли с работы в польском телевидении, но также его защищали в своих письмах сотни тысяч зрителей. Он поехал взять интервью у политика, которого наиболее яростно в настоящее время атакуют в Брюсселе. Он поехал, чтобы показать полякам то, чего они не смогли узнать в информационных программах, направленных на поддержку Брюсселя. Что причинил премьер-министр Орбан чиновникам ЕС, стремящимся создать единое огромное правительство для европейских стран?

 

Премьер-министр Венгрии – Виктор Орбан отстаивает изменения в законодательстве, принятые его правительством. Его поддерживает подавляющее большинство граждан. Европейская комиссия и Европейский парламент предприняли правовые шаги против Венгрии в связи с нарушением законодательства ЕС, мотивируя свое решение защитой независимости центрального банка и защитой персональных данных. По мнению Орбана, его атакуют, потому что он нарушил большие экономические интересы и связанную с ними политику.

 

«Как вы это оцениваете? – спрашивает журналист. У меня такое впечатление, как будто великий учитель бранил непокорного ученика – так вот Брюссель относится к вам. А может быть, студент превзошел учителя?»

 

Премьер-министр Орбан ответил: «Я хотел бы смотреть на это объективно, но я думаю, что старшим демократиям кажется, что они имеют право бранить и делать замечания странам, которые были под влиянием советской диктатуры. Они думают, что они знают лучше, чем венгры, поляки и др. страны центрально-восточной Европы, что такое демократия. А вот мы знаем, что такое демократия. Она для нас важна как воздух, потому что у нас ее долго не было. Но старшие демократии не хотят знать, как это для нас важно. Конечно, есть исключения в этих странах, есть политики, которые понимают этот вопрос, но мы часто ощущаем отсутствие понимания и дерзость с их стороны.

 

В ответ на атаку Европейской комиссии я предложил переговоры о конкретных вещах, в которых мы, по ее мнению, нарушили законодательство ЕС по отношению к центральному банку, политике валютного совета и защите персональных данных в судебной системе. Правовые вопросы должны быть решены – я это не отрицаю, но я не могу согласиться с мнением, что в нашей стране нет демократии. Дело в том, что Европейская комиссия не соглашается на то, чтобы должностные лица в ЕС клялись венгерской конституции».

 

«Ведь речь идет о венгерском центральном банке и политике валютного совета, – замечает журналист, конституция также есть венгерская – тогда в чем дело?»

 

«Да, речь идет именно о венгерских учреждениях, действующих через 20 лет после падения советского режима, и никто до сих пор не оспаривал, что клянется венгерской конституции. Большинство венгров однако знает, что дело в том, что мы хотели слишком быстро и слишком глубоко изменить нашу страну, принимая в течение последнего срока правления 365 законов, в том числе новую конституцию [неизменяемую со времен советской власти, прим.ред. СССК] и 10 законов, связанных с конституцией. За это время мы председательствовали в ЕС, и этот темп действий вызвал истерию, потому что изменения в нашей стране нарушили большие экономические и идеологические интересы международных партий левых».

 

«Ваша конституция относится к правам граждан, семьей, относится к старому европейскому порядку и его ценностям. Она говорит, что супружество – это женщина и мужчина, что жизнь человека защищается с момента зачатия, в преамбуле к конституции появились слова: «Боже, благослови Венгрии» и название страны это – Венгрия, а не республика Венгрия», – замечает Поспешальски.

 

«Я думаю, что есть две основные причины атаки на нас: моральная – речь идет о ценностях без христианства, и вторая – экономические проблемы крупных европейских корпораций, которые мы нарушили. Мы поступаем во имя блага нашей страны, потому что когда речь идет о христианских ценностях, наша страна без них не выживет, а поляки хорошо это знают. У нас такие же взгляды, как у многих поляков, немцев или французов, мы в этом не одни. Наша конституция говорит, что уважение к людям и своей стране является ценностью, что ценностью является также семья, и поэтому мы не позволим гомосексуальным парам иметь такие же права, как традиционная семья, например, усыновлять детей. И это европейские взгляды, встречаемые во многих европейских странах, и поэтому нельзя сказать, что это уединенный венгерский вариант. Разница в том, что мы сохранили эти ценности в конституции, предшествуя ее принятие широкими общественными дебатами – отправкой 8 миллионов писем гражданам, 80% которых выразили согласие принять ее.

 

Второй причиной атаки на нашу конституцию является ярость крупных международных экономических корпораций и западных банков, и поэтому эта конституция не нравится. Я застал страну в очень сложном положении, где 10 миллионов венгров имели задолженности в иностранной валюте. Предыдущее правительство ничего с этим не сделало. Когда франк был дешевым, люди должны были возвратить несколько раз больше денег, чем взяли, а замораживание форинта спасло миллионы семей от банкротства. Такие действия относятся к компетенции премьер-министра. Я не могу связать эти события с Польшей, потому что я не знаю, что в Польше можно, а чего нет. Зато я знаю, что меня поддерживают 2/3 общества Венгрии, и это дает мне возможность работать ради их блага. Таким образом, наша конституция не является эгоистичной, но социальной и в ней есть равновесие между благом общественным и социальным.

 

За последние 20 лет в мире распространилась опасная мысль, что люди будут счастливы, если все сферы жизни будут решаться свободным рынком. Я с этим полностью не согласен, а подтверждением этого является масштаб нынешнего кризиса. Экономический кризис, в основном кризис банков – это сумма моральных кризисов на Западе. Я убежден, что общество может функционировать по-другому – солидарно, ответственно, с чувством принадлежности к общим интересам, и вот именно таким образом построена венгерская конституция.

 

Когда 2/3 народа оказало мне поддержку, я начал с банками борьбу в виде переговоров. Компромисс привел к тому, что банки покрыли 2/3 потерей, а венгерское правительство – 1/3, хотя реальные потери венгерского государства оказались большими. Хотя был компромисс, представители этих банков до сих пор кричат, что в Венгрии плохая ситуация, и нетрудно понять, почему. Для меня, однако, прежде всего, важны интересы моего народа, хотя и за счет этого появилась эта травля, а затем утрата доверия национальных банков, особенно австрийских.

 

Когда я начал управлять государством, в Венгрии работало 3 миллиона 800 тысяч людей, но налоги платили и поддерживали нашу страну 2 миллионов 600 тысяч человек. Поэтому мы были вынуждены сделать большие структурные реформы, а для этого нужно время и понимание.

 

Кроме банков, одноразовым 3-летним кризисным налогом облагаются также большие иностранные компании, но и крупные венгерские компании. Большинство из них, однако, имеют большой внешний капитал: торговля на большой поверхности - гипермаркеты, крупные сети мобильной телефонной связи, сети энергоснабжения. Они уже не будут платить этот налог с января 2013. Это расходы на борьбу с кризисом и с угрожающим крахом государства и я должен был предпринять такие шаги. Те корпорации, которые работают в нашей стране, но не хотели принять участие в реформировании страны, пожаловались в Брюссель и начали атаку в СМИ на нас».

 

В Страсбурге польский депутат Европарламента, Яцек Курски назвал эту кампанию в СМИ против венгерского правительства жестоким нападением финансового капитала, а премьер-министр Орбан определил это выступление как точное описание действительности.

 

«Я хочу, чтобы государство могло развиваться, и я не волнуюсь клеветой о лагерях труда для тех, кто не хочет работать. Мы даем людям работу, а не бесконечные пособия. Поэтому мы организовали общественные работы и системы обеспечения занятости для 1 миллиона работников с низшим образованием. Это система по борьбе с безработицей, а не трудовые лагеря. Студентам мы предлагаем 2%- ые кредиты, чтобы они могли спокойно учиться, а многодетным семьям – значительные налоговые льготы. В этом году мы внедрили программу "Работа старт", что помогает получить работу тем, кто ее потерял».

 

«Это означает, что вы приняли к сведению предупреждение Маргарет Тэтчер, которая во время встречи в Лондоне говорила о мерах осторожности по отношению к Международному валютному фонду» - вспоминает журналист.

 

«Реформы, которые мы ввели, позволяют нам самим справляться с кризисом, но это не значит, что мы не разговариваем с МВФ. Нам нужна финансовая безопасность, чтобы в случае необходимости, существовали соглашения и возможность взять кредит.

 

Несмотря на атаки в СМИ на наши реформы, многие политики поддерживают Венгрию, поддерживают нас также простые граждане, в Польше очень заметно – оппозиция и обычные поляки, за что я вам очень благодарен. Премьер-министр Польши также официально сказал об истерии в СМИ, касающейся венгров и предложили возможную политическую поддержку».

 

На вопрос Поспешальского о возможности венгерского правительства обратиться к Дональду Туску за помощью, Виктор Орбан заявил, что если будет такая необходимость, он, конечно, обратится к полякам, как к друзьям, и закончил: «мы желаем вам Божьего благословения для каждого гражданина Польши».